Беседа 6 БОГА ОТЦА

Марина Михайлова

Мы продолжаем с вами наши беседы о Символе Веры. В прошлый раз мы говорили о Боге Отце, о том, что означает для нас назвать Бога Отцом, как это невозможно, потому что дистанция между Творцом и Творением непереходима, она огромна, эта пропасть, но в то же самое время во Христе и через Христа становится возможным усыновление твари. «Мы уже не рабы, но сыны», как говорит Апостол Павел.

Сегодня мы продолжаем с вами наше движение по Символу Веры. Мы уже говорили о том, что вместе с Церковью мы веруем во Единого Бога Отца Вседержителя. На этом мы остановились в прошлый раз, речь шла о Боге Отце, а сегодня двигаемся дальше: Вседержителя, Творца небу и земли, видимым же всем и невидимым. Наш сегодняшний разговор – о том, что означают для нас слова: Господь есть Творец неба и земли, всего видимого и невидимого мира. Святой Афанасий Александрийский говорит: «Отец сотворил все вещи Словом в Духе». Это очень красивая и важная формула, потому что мы видим здесь, что вся Святая Троица участвует в сотворении мира, не только Бог Отец как одна из ипостасей Троицы, но Отец творит все вещи Словом, то есть с помощью Логоса, Сына своего, и совершается это в Духе, в Духе Святом.

Рассказ о сотворении мира мы находим в начале самой первой библейской книги, Бытия. Одна из замечательных особенностей Библии состоит в том, что она открывается рассказом о сотворении мира, а завершает ее Апокалипсис, книга о конце мира, о том, каким образом завершится история того мироздания, которое мы с вами знаем. Таким образом, границы библейского повествования совпадают с границами мировой истории, и грандиозность библейского сюжета сама по себе способна вызывать читательский интерес, даже если речь идет о неверующем читателе.

Так вот, Библия начинается с рассказа о сотворении мира. Каким образом появляется мир? Это в определенном смысле самый важный вопрос, самый главный. На этот вопрос и отвечает повествование Книги Бытия. Сразу надо отметить, что наш славянский, русский перевод названия этой книги – Бытие – не вполне соответствует изначальному тексту, потому что по-еврейски Берешит означает в начале, а по-гречески, например, это будет звучать как генезис – происхождение. Любой философ скажет, что бытие – это самое неподвижное понятие. Все подвержено изменениям – бытие неизменно, все находится в движении, предстает как процесс – и только бытие устойчиво и не подвержено переменам. В слове происхождение, равно как и в слове начало, напротив, заложена динамика, энергия движения.

Итак, Бытие – это книга начала, книга происхождения, где действительно говорится о происхождении народа Божия, и глубже, человеческого рода, и еще глубже – всего, что существует на белом свете. Рассказ этот очень известен, любой ребенок вам скажет, что мир был сотворен за шесть дней, но все-таки мы еще раз посмотрим на этот текст, потому что в нем есть множество тонких моментов для размышления.

«В начале сотворил Бог небо и землю. Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою.

И сказал Бог: да будет свет. И стал свет. И увидел Бог свет, что он хорош, и отделил Бог свет от тьмы. И назвал Бог свет днем, а тьму ночью. И был вечер, и было утро: день один.

И сказал Бог: да будет твердь посреди воды, и да отделяет она воду от воды. И создал Бог твердь, и отделил воду, которая под твердью, от воды, которая над твердью. И стало так. И назвал Бог твердь небом. И был вечер, и было утро: день второй.

И сказал Бог: да соберется вода, которая под небом, в одно место, и да явится суша. И стало так. И назвал Бог сушу землею, а собрание вод назвал морями. И увидел Бог, что это хорошо. И сказал Бог: да произрастит земля зелень, траву, сеющую семя дерево плодовитое, приносящее по роду своему плод, в котором семя его на земле. И стало так. И произвела земля зелень, траву, сеющую семя по роду ее, и дерево, приносящее плод, в котором семя его по роду его. И увидел Бог, что это хорошо. И был вечер, и было утро: день третий.

И сказал Бог: да будут светила на тверди небесной для отделения дня от ночи, и для знамений, и времен, и дней, и годов; и да будут они светильниками на тверди небесной, чтобы светить на землю. И стало так. И создал Бог два светила великие: светило большее, для управления днем, и светило меньшее, для управления ночью, и звезды; и поставил их Бог на тверди небесной, чтобы светить на землю, и управлять днем и ночью, и отделять свет от тьмы. И увидел Бог, что это хорошо. И был вечер, и было утро: день четвертый.

И сказал Бог: да произведет вода пресмыкающихся, душу живую; и птицы да полетят над землею, по тверди небесной. И сотворил Бог рыб больших и всякую душу животных пресмыкающихся, которых произвела вода, по роду их, и всякую птицу пернатую по роду ее. И увидел Бог, что это хорошо. И благословил их Бог, говоря: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте воды в морях, и птицы да размножаются на земле. И был вечер, и было утро: день пятый.

И сказал Бог: да произведет земля душу живую по роду ее, скотов, и гадов, и зверей земных по роду их. И стало так. И создал Бог зверей земных по роду их, и скот по роду его, и всех гадов земных по роду их. И увидел Бог, что это хорошо.

И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему по подобию Нашему, и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над скотом, и над всею землею, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле. И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их. И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими и над птицами небесными, и над всяким животным, пресмыкающимся по земле. И сказал Бог: вот, Я дал вам всякую траву, сеющую семя, какая есть на всей земле, и всякое дерево, у которого плод древесный, сеющий семя; – вам сие будет в пищу; а всем зверям земным, и всем птицам небесным, и всякому пресмыкающемуся по земле, в котором душа живая, дал Я всю зелень травную в пищу. И стало так. И увидел Бог все, что Он создал, и вот, хорошо весьма. И был вечер, и было утро: день шестой.

Так совершены небо и земля и все воинство их. И совершил Бог к седьмому дню дела Свои, которые Он делал, и почил в день седьмый от всех дел Своих, которые делал. И благословил Бог седьмой день, и освятил его, ибо в оный почил от всех дел Своих, которые Бог творил и созидал» (Быт 1.1-2.3).

В этом рассказе, который открывает Книгу Бытия, есть много интересного. Вернемся к самому началу этого повествования. Там сказано, что «земля была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою». Здесь имеется в виду, конечно же, некоторое первобытное, самое раннее состояние мира. «Земля безвидна и пуста», она еще не имеет формы, не имеет вида, это нечто вроде хаоса первобытного, но в то же самое время уже в этот момент на заре мироздания, как птица кружится над своим гнездом, так и Дух Божий носился над водами. Это очень красивый образ.

Когда говорит священный писатель, что «вначале сотворил Бог небо и землю», то имеется в виду, что Бог сотворил все, потому что на языке библейском, например, «плоть и кровь» – это весь человек, целый человек, «небо и земля» – это весь мир, видимый и невидимый. Все творит Господь, нет на белом свете ничего такого, что существовало бы без творческой воли Божьей.

Когда начинается рассказ о том, как Господь структурировал этот хаос, как он из него выстраивал тот мир, который мы знаем, то мы увидим, что построение этих шести фрагментов текста, описывающих шесть дней Творения, очень похоже. Как в первобытных древних фольклорных текстах есть какие-то общие элементы повторяющиеся, точно так же в Книге Бытия воспроизводятся одни и те же поэтические обороты.

Во-первых, всякий день начинается словами «И сказал Бог». Для начала Господь говорит, Он произносит. «И сказал Бог: да будет свет, и стал свет». Все время мы видим это: «сказал Бог – и стало так». Получается, что Слово Божье есть уже дело. То, что говорит Господь, то, что Он произносит, обладает уже настоящей реальностью. Всякое слово, которое исходит из уст Божьих, порождает удивительные вещи. По-гречески Творец – Poetos, Поэт неба и земли, который из природных стихий (напомню, мы говорили, что стихии и буквы в греческом одним и тем же словом называются) творит поэму мироздания. Он слагает мир, как стихи.

Во-вторых, Господь дает имена тому, что Он произносит: «И назвал Бог свет днем, а тьму ночью», например, в первый день творения. Наименование означает печать принадлежности. Мы говорили уже с вами о том, что для древнего человека имя обладает священной значимостью, давать имена означает утверждать свою власть, и поэтому, когда Бог называет своими именами все, что появляется на свете, Он кладет свою печать, Он говорит: «Это Мое, Я это создал для Себя, это то, что Мне принадлежит и то, что будет хранимо Моей любовью».

Далее. В каждом дне творения есть такие слова: «Увидел Он, что это хорошо», например, «И увидел Бог свет, что он хорош». Все время Бог смотрит и видит, что это хорошо, и это довольно загадочный момент. Разве могло у Него что-то получиться плохо, у Бога? Или разве мог Он не знать, что у Него получится? Это художник, когда он пишет картину, не всегда уверен в результате, а Господь обладает всеведением, Он знает, что именно у Него получится, и знает, что получится прекрасно. И все равно Он говорит, что «это хорошо». Эти слова передают радость Творца, радость художника, поэта от видения того, что у Него получилось. Очень красивые слова на самом деле, потому что они указывают нам на то, что Господь творит мир в радости, для Него это прекрасное занятие, приятное, Ему нравится видеть тот мир, который Он своим творческим словом вызывает из небытия.

Наконец, в этом рассказе важно соединение единственного числа и множественного. Когда речь идет о Боге, то если смотреть еврейский текст, мы увидим, что там глагол стоит в форме единственного числа третьего лица, а существительное Бог употреблено во множественном. Получается: «И сказал Боги: сотворим человека по образу Нашему и по подобию Нашему». Это нельзя назвать просто грамматической ошибкой. Некоторые комментаторы видели в этом интуицию Святой Троицы, которая уже в ветхозаветном тексте проявляется, но прежде всего, наверное, можно объяснить это несоответствие глагольной формы и числа существительного тем, что создатели Книги Бытия прекрасно понимали, что тот Бог, в Которого верует еврейский народ, тот Бог, Который является Творцом и Создателем всего мира, не может сравниться ни с какими другими богами. В чем-то он противостоит языческим богам и кумирам, Он гораздо таинственнее, сильнее, прекраснее, больше, чем любые языческие представления о божествах, и поэтому Его и называют этим словом «Элогим», которое стоит во множественном числе. Действительно, величие Божие как ни в чем другом, может быть, раскрывается нам в сотворении мира.

Еврейская традиция, библейская традиция настаивает на том, что Господь сотворил мир из ничего. Прямое утверждение о том, что Бог творит мир из ничего, содержится в тексте гораздо более позднем, чем Книга Бытия. Это вторая книга Маккавейская, историческая хроника, где рассказывается о том, как народ Израиля боролся с греческими завоевателями. Был такой царь Антиох IV, который арестовал семерых братьев из благочестивой семьи. Один за другим братья эти были казнены за свой отказ поклоняться ложным богам, а мать поддерживала их и утешала. Когда пришел черед последнего сына принять мученическую смерть, тогда мать сказала ему на родном языке: «Умоляю тебя, дитя мое, посмотри на небо и землю, и, видя все, что на них, познай, что все сотворил Бог из ничего и что так произошел и род человеческий» (2 Мак 7.28). Это удивительная ситуация. Посмотрите: вот перед нами человек, которому предстоит умереть, младший из этих семи братьев, видимо, совсем юноша, мальчик, и перед нами мать, которая потеряла шестерых своих детей, и ей предстоит расстаться с последним. Что они могут сказать друг другу в этой ситуации пограничной, на пороге смерти, на пороге разлуки? Она говорит ему: «Посмотри на небо и землю, увидь эту красоту, это богатство и вспомни о том, что Господь все это сотворил из ничего». Это созерцание непостижимого могущества Божия, видение Бога, Который создал весь мир из ничего, должно укреплять перед лицом смерти. Человек понимает, что если Бог сделал это, то для него нет ничего невозможного, и умереть с таким Богом, ради Него не так страшно. Это действительно великое утешение.

Когда совершается Божественная Литургия, священник произносит во время Евхаристического канона такие слова: «Ты от небытия в бытие нас привел еси, и отпадшия возставил еси паки, и не отступил еси, вся творя, дондеже нас на небо возвел еси, и царство Твое даровал еси будущее». Мы приносим свое благодарение Богу прежде всего за то, что Он сотворил мир и сотворил нас. Он привел нас из небытия в радость и красоту настоящей жизни. Быть, просто быть – это уже означает прикоснуться к славе Божией, это означает быть не чуждым его милости, потому что ничто на белом свете не существует без воли Божией и без Его любви.

В начале Евангелия от Иоанна мы читаем: «Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть. В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков» (Ин 1.3-4). Да, без Бога ничто не начало быть, что есть. Это великое и парадоксальное утверждение о сотворении мира из ничего является откровением, это не достижение человеческого разума. Античная философия, как и вся, впрочем, традиция материалистическая, да может, и не только материалистическая, говорит о том, что Бог – это демиург, то есть высший художник, который претворил первобытный хаос в космос. Но получается так, что этот самый демиург античного мировоззрения имел дело с материей, которая существовала вечно и независимо от него, а Библия учит нас совсем другому. Она говорит о том, что Бог Своим творческим словом творит все из ничего, приводит вещи из небытия в бытие, и нет ничего такого, что существовало бы само по себе, и Имя Божие, которое Он открывает пророку Моисею – «Я есмь Тот, Кто есть». «Я есмь Сущий», говорит Господь.

При этом мы должны понимать, что мир ни в коем случае не является истечением Божества, эманацией, как гностики говорили. Мир – это не продолжение Божественной жизни, природа мира совсем другая, чем Божественная природа. Бог свят, Он пребывает в свете неприступном, а все, что есть в мире, подвержено падению и порче – к сожалению, это так.

Сотворение мира – это тайна Божественной любви. Иногда меня спрашивают: «Почему Бог сотворил мир?» Я вряд ли могу за Него ответить, это понятно, но, тем не менее, какой-то ответ на этот вопрос есть, потому что вопрос действительно важный: а зачем, собственно говоря, Он все это устроил? Для чего Ему это было нужно? И было ли нужно для чего-то? Так вот, Бог совершенен, и Он ни в чем не нуждается. В этом смысле у Него не было никакой необходимости в сотворении мира. Бог есть любовь, и поэтому Он творит мир именно по преизбытку любви. Полнота любви уже есть в Пресвятой Троице, но чаша божественной любви переливается через край, она переполняет вещи, и этой любовью Господь вызывает из небытия в бытие Свое творение. Целью творения мира является приобщение твари к блаженству Творца, к Его любви. Сотворение мира – это раздаривание. Помните, мы говорили с вами о том, что одно из имен Божиих, а именно славянское слово Бог восходит к древнему корню, который несет идею дарения, раздаривания. Действительно, Бог – это Тот, Кто обладает богатством, и Тот, Кто этим богатством делится щедро со всей тварью. Мир, таким образом, является великим даром, это подарок Творца нам. Это важное размышление духовное христианское. Нам очень часто кажется, что мы несчастливы, что нам в жизни плохо и тяжело, и чего-то такое нам не досталось, что могло бы сделать нашу жизнь лучше. Но на самом деле, очень полезно иногда подумать о том, что меня бы могло не быть. Если бы Господь меня не привел из небытия в бытие, то я бы никогда не увидел солнце, и воду, и облака, никогда не услышал бы, как мама со мной разговаривает, как смеются близкие люди. Само по себе существование – это дар и подарок, и мир, который раскрывается перед нашими глазами – это щедрый дар Творца.

Если мы посмотрим на этот рассказ о сотворении мира, то мы увидим, что в нем есть определенная такая логика. Мы видим, что материя восходит от более простых форм, более примитивных, к формам более сложным и одухотворенным: сначала появляется неживая природа, потом жизнь, от растительного мира движение идет к животному миру, от животных – к человеку. Далее мы увидим, как история движется от человека, от Адама ко Христу. Получается, что мир имеет некоторую цель, весь мир совершает восхождение, и цель мира, цель этого великого мирового процесса состоит в том, чтобы приобщиться к Божественной славе. Можно сказать, что в пределе своего развития, в полноте этот мир станет хвалебной песнью, обращенной к Богу.

Как соотносится библейский рассказ о сотворении мира и научные данные – это вопрос достаточно сложный, хотя есть люди, которые считают, что действительно Книга Бытия не противоречит научным данным, совпадает с ними, и в этом почему-то для них источник большого оптимизма. На самом деле, мы должны понимать, что истины Библии и истины науки относятся к разным областям духа: наука – это знание, а Библия – это вера. Библейский рассказ прежде всего является мифологическим и символическим. При этом, когда я говорю «мифологический», я не хочу сказать, что это неправда. В обыденном сознании слово «миф» является синонимом басни, легенды, неправды какой-то. Но миф – это вовсе не вымысел, не народное творчество. Миф есть форма очень древнего исконного первобытного сознания, когда еще не произошло структурирования человеческой духовной жизни, не произошло разделения на науку, религию, искусство, а все это существовало вместе в сложном единстве. Это единство и есть миф. Коренное свойство мифа – заложенная в нем возможность образного, художественного постижения мира, и отсюда всякий миф обладает бесконечно глубоким смыслом, он бездонен в своей последней глубине. Библия, и Книга Бытия прежде всего, является мифологической книгой именно в этом значении слова «миф». Бытие – это рассказ, который в формах того времени, той бесконечно далекой эпохи с помощью древнего предания выразил интуицию человека, познающего мир и стоящего перед загадкой происхождения неба и земли.

При этом мы, конечно же, должны помнить о богочеловеческом характере Священного Писания. Почему, например, мир творится за шесть дней? Да просто потому, что этот рассказ соответствует схеме еврейской недели и шесть дней работы соотносятся с одним днем отдыха и умиротворения. Так строилась жизнь человеческая, и когда нужно было представить себе немыслимое чудо сотворения мира, то древний священный писатель увидел Бога трудящимся в течение шести дней и отдыхающим на седьмой день. Впрочем, верным будет и противоположный ход мысли: почему наша неделя состоит из шести дней трудовых и одного праздничного? Потому, что шесть дней – Своих таинственных, но все-таки дней – Господь творил и созидал, а на седьмой день был в покое.

При этом слово «день» в применении к дням творения тоже должно пониматься символическим образом, потому что, как говорит апостол Петр, «не должно быть сокрыто от вас, возлюбленные, что у Господа один день, как тысяча лет, и тысяча лет, как один день» (2 Пет 3.8). Петр цитирует 89 псалом: «Ибо пред очами Твоими тысяча лет, как день вчерашний, когда он прошел, и как стража в ночи» (Пс 89.5). «Тысяча лет как стража в ночи»: стража, вигилия – это третья часть ночи, в древней традиции ночь делилась на три смены, на три стражи. Тысяча лет в очах Господних как каких-нибудь три часа для нас. Важно и то, что светила, которые расчисляют дни астрономические, появляются вовсе не в первый день творения. Уже это указывает нам на то, что когда Книга Бытия повествует о Шестодневе, о шести днях творения, то вовсе не имеется в виду промежуток в 24 часа, потому что светила появились только на четвертый день, однако же до этого уже три дня творения прошло. Тогда дни творения мы можем понимать как некие завершенные, внутренне единые периоды времени, вмещающие какое-то большое значимое событие в генезисе мира, обладающие такой же целостностью, как астрономический день, но длиться они могли сколько угодно лет, веков, тысячелетий.

Символ Веры говорит нам о том, что Господь есть Творец неба и земли, видимого мира и невидимого. Мы с вами говорили, что выражение земля и небо означает вселенную в целом, и многие толкователи прочитывают небо как духовный ангельский мир, который был создан одновременно с первоматерией. Невидимый мир, небо – это ангелы. Священное Писание очень часто говорит нам об ангелах, показывает их слугами Божьими, вестниками Божьей воли. Само слово ангел означает вестник, это тот, кто приносит весть. Иногда в решительные моменты ангелы действуют в истории человечества. Они составляют небесную иерархию, о которой красиво и достойно размышлял Дионисий Ареопагит. Все вместе они являются собором, единством, внутри этого собора разделяются на воинства. Иногда ангелов называют «вторыми светами», потому что их свет, их сияние – это воспринятый ими и отраженный свет Божий. Предполагается, что всякое творение имеет своего ангела. Ангелы-хранители есть у церквей, народов, семей, даже у стихий природных – иногда и такое можно прочесть, и каждый человек, конечно же, имеет своего ангела-хранителя. Ангелы с нами невидимо служат литургию.

Общение с ангелами возможно. Есть такая книга в Ветхом Завете, которая называется «Товит» по имени главного героя. Там рассказывается довольно сложная семейная история, я вам ее пересказывать не буду, сами можете прочитать, и там говорится о том, что в конце концов этот Товит встречается со своим ангелом лицом к лицу, и ангел ему говорит такие слова:

«Не скрою от вас ничего; я сказал уже: тайну цареву прилично хранить, а о делах Божиих объявлять похвально. Когда молился ты и невестка твоя Сарра, я возносил память молитвы вашей пред Святаго, и когда ты хоронил мертвых, я также был с тобою. И когда ты не обленился встать и оставить обед свой, чтобы пойти и убрать мертвого, твоя благотворительность не утаилась от меня, но я был с тобою. И ныне Бог послал меня уврачевать тебя и невестку твою Сарру. Я – Рафаил, один из семи святых Ангелов, которые возносят молитвы святых и восходят пред славу Святаго» (Тов 12.11-15).

Главное, о чем здесь ангел сообщает человеку – «я был с тобой, когда ты молился; когда ты благотворил, я был с тобой». Мы ангелов не видим в силу того, что наше зрение ограничено, но они соприсутствуют с нами, они не так далеки от нас, как это может показаться. Мы можем прочесть в Книге Деяний множество историй о том, как первые христиане общались с ангелами: ангелы приходят в день Вознесения и говорят: «Мужи израильские, что вы стоите и смотрите на небо?», ангел освобождает Петра и братьев его из темницы, ангел велит Филиппу идти и крестить эфиопского вельможу. Очень возможно, что общение с ангелами было повседневной реальностью для древней Церкви. К миру невидимому принадлежат не только ангелы святые, но и падшие ангелы, духи зла или бесы, как хотите, скажите. О них мы много говорить не будем, поскольку ни Священное Писание, ни Символ Веры этого не делают. И последнее: считается, что видимый мир сотворен был после невидимого. В то время, когда творится видимый мир, духовный мир уже есть.

Теперь перейдем, может быть, к самому для нас актуальному вопросу о сотворении человека и о его положении в мироздании. Как мы есть люди, нам очень важно знать, откуда мы пришли, каково наше происхождение, генезис. Книга Бытия содержит два рассказа о сотворении человека. Один из них мы с вами уже прочли. Человек создан на шестой день творения. После того как Господь создал животных, животный мир, Он говорит:

«Сотворим человека по образу Нашему и по подобию Нашему, и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над скотом, и над всею землею, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле. И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их. И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю…» (Быт 1.26-28).

Это замечательный рассказ. Здесь для нас важно, что человек творится по образу и подобию Творца. Что это означает для человека? Это означает, что в самом человеке есть какие-то зерна божественных свойств, изначально в человеке есть нечто такое, что позволяет ему все-таки увидеть Бога. Прежде всего три аспекта богоподобия – это способность к любви, способность к творчеству и свобода.

То, что человек умеет любить, что он может быть милосердным, никак не вытекает ни из нашей биологии, ни из психологии, потому что мир вовсе учит человека любить. Напротив, мир жесток, он во зле лежит, и то, что человек все-таки любит, что он способен к самопожертвованию, к какой-то чистоте отношений, говорит о том, что мы это получили свыше, от Бога пришла эта возможность и ни из какого другого места.

Кроме того, человек способен к творчеству. Мы с вами сейчас смотрим на рассказ о сотворении мира и видим, что Бог – Творец, что Он приводит из небытия в бытие вещи, Он заставляет быть то, чего не было никогда, и человек тоже обладает творческой способностью. Творчество – это как раз и есть возможность делать такие вещи, которых раньше не было никогда. Мы, люди, это можем, мы это умеем – опять же, если захотим, если мы не похороним свои таланты под гнетом повседневности тяжелой.

Третья особенность человека, которая делает его подобным Богу, это, конечно же, его свобода. Свобода – очень важная и очень страшная вещь. Однажды Вячеславу Иванову, поэту, филологу, философу знаменитому, который жил в начале XX века, задали такой вопрос, это древний вопрос-загадка: может ли Бог сотворить камень, который Он не сможет поднять? Такая ловушка логическая: если мы скажем, что Он может сотворить такой камень, то значит, поднять не может, и Бог не всемогущ; а если скажем, что не может сотворить, то Он снова не всемогущ, но уже по другим причинам. Когда Вячеславу Иванову задали эту загадку, может ли Бог сотворить такой камень, который Он не сможет поднять, Вячеслав сказал: «Он уже сотворил его, это человек». Действительно, человек – это тот камень, который Господь сотворил и не может поднять, потому что человек обладает свободой, и эта свобода настолько велика и так страшна, что она дает возможность человеку даже отвернуться от Бога, встать к Нему спиной. Но даже несмотря на такие трагические возможности, которые в ней заложены, свобода все-таки делает человека богоподобным, это часть образа Божия в человеке. Господь свободен, Он и есть вся полнота свободы возможная, и человека Он творит свободным, потому что Он от человека хочет чистого сердца, усилия любви, свободно обращенного к Творцу. Не запрограммированности на послушание, благочестие и всякие хорошие вещи, а именно свободного движения сердца от нас ждет Господь.

Что еще в рассказе о сотворении человека замечательно, так это то, что человек является венцом природы именно потому, что он создан по образу и подобию Божию. Все получает одобрение Бога, в любой из дней Творения Господь говорит «это хорошо», все Ему очень нравится, но только живые существа получают Его благословение. Господь благословил рыб и птиц, пресмыкающихся и животных – все живые существа. Но человек получает не только благословение от Бога, он получает Его образ и подобие, которые будет носить в себе. Именно поэтому человек является венцом творения. Мы имеем дело с иерархией мироздания: весь мир равно возлюблен Богом, но это не мешает ему быть устроенным иерархически, и на вершине этой лестницы усложняющихся форм сущего, в полноте свободы и ответственности стоит человек, которого Творец наделил жизненной силой и властью. «Плодитесь, размножайтесь, обладайте землею, владычествуйте над всем, что есть на земле», – так Господь говорит людям.

В этом рассказе важно и то, что Бог Единый в Троице творит человека тоже единого в двоице, так сказать: «И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его, мужчину и женщину сотворил их». Ни про кого другого, ни про одно животное или рыбу не сказано, что Господь сотворил рыба и рыбу, мужскую особь и женскую, это неважно для животного мира. А для людей важно, что творится мужчина и женщина вместе, потому что между ними есть некоторое несовпадение, но в тоже время и единство, есть способность к диалогу. Человек изначально творится как существо общинное, общественное. Человек всегда видит истину в глазах другого, он проверяет свое представление о мире через другого. Не может человек существовать в одиночестве. Это социальное животное, как говорили.

В Книге Бытия есть второй рассказ, который повторяет ту же самую историю о сотворении человека, но немножечко с другого конца заходит. Вот этот второй рассказ:

«Вот происхождение неба и земли, при сотворении их, в то время, когда Господь Бог создал землю и небо, и всякий полевой кустарник, которого еще не было на земле, и всякую полевую траву, которая еще не росла, ибо Господь Бог не посылал дождя на землю, и не было человека для возделывания земли, но пар поднимался с земли и орошал все лице земли. И создал Господь Бог человека из праха земного, и вдунул в лице его дыхание жизни, и стал человек душею живою. И насадил Господь Бог рай в Едеме на востоке, и поместил там человека, которого создал. И произрастил Господь Бог из земли всякое дерево, приятное на вид и хорошее для пищи, и дерево жизни посреди рая, и дерево познания добра и зла.

Из Едема выходила река для орошения рая; и потом разделялась на четыре реки. Имя одной Фисон: она обтекает всю землю Хавила, ту, где золото; и золото той земли хорошее; там бдолах и камень оникс. Имя второй реки Гихон: она обтекает всю землю Куш. Имя третьей реки Хиддекель: она протекает пред Ассириею. Четвертая река Евфрат.

И взял Господь Бог человека, и поселил его в саду Едемском, чтобы возделывать его и хранить его. И заповедал Господь Бог человеку, говоря: от всякого дерева в саду ты будешь есть, а от дерева познания добра и зла не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь.

И сказал Господь Бог: не хорошо быть человеку одному; сотворим ему помощника, соответственного ему. Господь Бог образовал из земли всех животных полевых и всех птиц небесных, и привел к человеку, чтобы видеть, как он назовет их, и чтобы, как наречет человек всякую душу живую, так и было имя ей. И нарек человек имена всем скотам и птицам небесным и всем зверям полевым; но для человека не нашлось помощника, подобного ему. И навел Господь Бог на человека крепкий сон; и, когда он уснул, взял одно из ребр его, и закрыл то место плотию. И создал Господь Бог из ребра, взятого у человека, жену, и привел ее к человеку. И сказал человек:

вот, это кость от костей моих
и плоть от плоти моей;
она будет называться женою,
ибо взята от мужа.

Потому оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей; и будут одна плоть. И были оба наги, Адам и жена его, и не стыдились» (Быт 2.4-25).

Вот рассказ, который содержится во второй главе Книги Бытия. Мы видим, что в чем-то он совпадает с первым повествованием о сотворении человека, а в чем-то и нет, сообщает нам новые подробности. Так вот о том, что означают эти новые подробности, мы с вами и поговорим в следующий раз.

http://azbyka.ru

Просмотров (154)

Перейти к верхней панели