Беседа 3 ВО ЕДИНОГО БОГА

Марина Михайлова

В прошлый раз мы говорили с Вами о самом первом слове Символа веры, это слово верую. Действительно, вера есть та фундаментальная реальность, на которой только и могут строиться наши отношения с Богом. Мы говорили о том, что доказать бытие Божие и невозможно, и не нужно, это противоречило бы самому смыслу христианства, поскольку Господь ждет от нас нашей любви. Он надеется на то, что мы сможем принести Ему свой свободный выбор, не такую уверенность в абсолютном существовании Бога, которая не оставляет нам никакого пространства выбора, а напротив – движение свободного сердца. «Полюби Меня», – об этом нам говорит Господь. Сегодня мы продолжаем наше движение по Символу Веры. «Верую во Единаго Бога…» – на этих словах мы и остановимся. Что такое веровать во Единаго Бога, кто такой этот самый Единый Бог?

Прежде всего хотелось бы упомянуть некоторые неверные представления о Боге, которые в народе широко распространены. Во-первых, очень часто мы считаем, что Бог – это некая философская идея, это первопринцип, как говорят философы, какое-то разумное начало, которое лежит в основе мира, как абсолют, например, в гегелевской философской системе. Но это будет неверно – представлять себе Бога как философский абстрактный принцип, потому что Бог есть Личность, с Ним возможен диалог, мы можем говорить Ему Ты, а изучать Его и строить какие-то абстрактные построения относительно бытия Божия и Его качеств – этого мы никак не можем себе позволить. Другая, тоже распространенная ошибка связана с уклоном в прямо противоположную сторону, когда Бога мыслят как высшее существо, антропоморфное, то есть человекоподобное, и обитающее на каком-нибудь там седьмом или девятом небе. Я помню, когда я была маленькой, для меня очень большим весом обладал такой аргумент в пользу несуществования Бога. Одна моя подружка школьная мне сказала: «Ну, как же? Ведь космонавты летали, и они там Бога не видели». Для детского разума это было действительно мощным аргументом: Его нет на небе, где же Он тогда, этот самый Бог? Значит, Его нет вовсе. Это ошибка, которую может сделать ребенок, но взрослому человеку это немножечко даже и неприлично, потому что Бог не является каким-то существом, пусть даже оно будет всемогущее, потустороннее, обитающее в дивных небесах. Это не так. Мы должны понимать, что Господь абсолютно иной, Он трансцендентный, Он не похож ни на что в этом мире, принципиально находится за его пределами, и в этом смысле Он живет повсюду и нигде. Повсюду, потому что на самом деле предельная глубина бытия есть сила Божия, которая его держит. Нет на свете ни одной вещи, которая бы не пришла в существование благодаря воле Божьей, и если мы опустимся на последнюю глубину вещей, то мы там увидим Бога. Но в то же самое время мы не можем указать такое место, где Господь живет, где Он находится всегда. Бог ни с чем в этом мире не может быть сопоставлен, Ему никакое место нельзя отвести для жительства, Он абсолютно Иной, Он посреди нашей жизни, но недоступен обычному человеческому восприятию и падшей мысли человеческой. Мы исповедуем Бога, Который (и это тоже очень важно) является не одним из Богов, действующих в мире, нет – это Единый Бог, Единый и единственный, Он Создатель этого мира, Он его царь. Нет никакой другой силы, власти, мысли, которая могла бы хоть отдаленно быть с Ним сопоставлена, хоть приблизительно стала бы рядом с Ним.

Мы с вами уже говорили о том, что доказательства бытия Божия невозможны принципиально, потому что их существование нарушало бы свободу человека, но при этом однако же возможны показательства, как говорит один мой знакомый батюшка , показательства и свидетельства. Мы не можем доказать, что Господь есть, но мы можем предложить посмотреть на какие-то вещи, явления, и это поможет нам убедиться своим сердцем – не разумом уже, а сердечным своим зрением – в том, что Господь действительно есть, и Он от нас недалеко.

Прежде всего само творение рассказывает нам о Творце. Святой Василий Великий сказал когда-то, что Господь оставил нам две замечательных книги, это Священное Писание и книга мироздания, тот самый мир, в котором мы живем. Если мы посмотрим на этот мир не с точки зрения наших повседневных невзгод, тягот и так далее, а посмотрим на него как на великое целое, то мы увидим, что в этом мире есть и порядок, и красота, и правда, и мудрость, и необыкновенно радостным окажется мироздание. Восторг охватывает человеческое сердце при созерцании великих деяний Божиих. Любая травинка, любое животное, любой камень может сказать нам о том, сколь благ и прекрасен Господь и сколь Он мудр, если Он сотворил столько прекрасных вещей и гармонию создал между ними, ведь мир, который не разрушается человеческой рукою, живет в великой гармонии, в таком царственном равновесии.

Кроме того, доказательством, показательством бытия Божия может служить для нас и собственная духовная жизнь, потому что в каждом человеческом сердце действительно есть жажда счастья и справедливости, которая никак не выводится из биологии или психологии человека. Не выводится она и из социальных условий, потому что мир вовсе не говорит нам о том, что мы должны быть добры, что мы должны любить, напротив, он нас подталкивает к совершенно противоположным вещам, но однако же любой нормальный человек понимает, что есть на свете и правда, и красота, и радость, и много чего хорошего есть. Так вот, самое, может быть, прекрасное, что живет в сердце человеческом, – это желание Бога, стремление к Нему. Одна из интереснейших книг в истории христианства – это «Исповедь» Блаженного Августина, который прошел очень сложный духовный путь. Увенчался этот путь его святостью, он был епископом и служил церкви, но пришел он к этому вовсе не просто и не легко. Так вот, Августин написал книгу под названием «Исповедь», и в этой книге он как раз рассказывает о своем духовном путешествии, о том, как он стал христианином. Есть в этой книге такие чудные слова: «Ты создал нас для Себя, Господи, и беспокойно мятется сердце наше, пока не обретет покой в Тебе». Так говорит Блаженный Августин, и действительно, не будет у человека полноты до тех пор, пока он не повстречается с Богом. Эта жажда, которая живет в глубине сердец человеческих, тоже указывает нам на то, что Господь есть, потому что если бы Его не было, мы бы не стремились к Нему так сильно.

На самом деле, ведь история не знает нерелигиозных обществ. Всегда у человечества была религия как стремление к Богу, желание восстановить связь с Ним, утраченную на заре времен, и это не случайно, это тоже свидетельство в пользу того, что Господь есть и мы можем найти к Нему какие-то пути. Так вот, если уж мы заговорили о религиях различных, то чем отличается христианство от других религий? Иногда можно встретиться с таким категоричным подходом к этому вопросу, когда люди говорят, что есть истина, и она, конечно же, в православии, а все остальное – полная чепуха. Вряд ли мы можем так решительно отрицать весь духовный опыт человечества, потому что те люди, которые родились до Рождества Христова, вовсе не были виноваты в том, что тогда не было проповедано Евангелие, и их поиск Бога, их духовное усилие, открытость, горение сердца – все это заслуживает большого уважения. Бог совершенно иной по отношению к этому миру, мы говорили об этом, и человек не может постигнуть Бога. Однако же в человеке, в любом человеке в силу его богоподобия есть частица Духа, которая как раз ищет и жаждет Бога, и поэтому всегда в основе любой религии лежит праведное, достойное чувство человеческое, обращенное к Творцу, – поиск истины, поиск смысла. Бог действительно непостижим, и поэтому Он открывается нам ровно настолько, насколько Он хочет это сделать. В любой религии есть какая-то частица божественного откровения, но она очень невелика, потому что если человек своими силами хочет войти на небеса, то сделать это ему нелегко, и даже очень трудно. Христианство потому и занимает такое особое место среди других религий, что это не результат человеческих усилий, а Откровение: Господь Сам пожелал открыться людям, и во Христе Бог открывается до такой удивительной степени, что Он становится человеком. Поэтому библейское богословие – это уже не результат исканий человеческих, это не результат некого духовного подвига в отрыве от Господа, но то, что Господь считает нужным рассказать о Себе настолько, насколько люди могут это вместить.

При этом очень важно сказать, что в Библии нет трактата о Боге, это не научное сочинение, Господь не является предметом изучения, Его не описывают со стороны в этой книге. Библия не приглашает нас размышлять о Боге, это слово Бога, обращенное к нам, это призыв послушать, что Он говорит, и ответить Ему на это верой, служением, любовью своей. С другой стороны, христиане никогда не говорят о том, что Библия есть только слово Божие, нет, церковь как раз учит о богочеловеческом характере Священного Писания. Если, например, в исламе Коран есть книга, написанная просто под божественную диктовку, то о Библии никто из богословов христианских ничего подобного не говорит. Напротив, считается, что Библия – книга, которая стала результатом совпадения двух великих движений: движения Бога навстречу человеку и ответного движения человеческой души, обращенной к Богу. Поэтому в любой Книге и Ветхого и Нового Завета мы увидим эту богочеловеческую природу Писания: Библия – это слово Божие, но в любом из сочинений, которые вошли в библейский канон, сохраняется личность автора, священнописателя, его темперамент, его жизненный опыт, его какие-то неповторимые особенности. Это очень важно, потому что христианство – это религия, которая последовательно признает человеческую свободу, стоит на основании человеческой свободы, и в любой книге библейской мы узнаем не только о Боге, но и о человеке.

Иногда нам кажется: прочитай Библию как следует – и все будет понятно, мы все узнаем. На самом деле это тоже не так. Бога не вмещают ни небо, ни небеса небес, и никакая книга, даже такая замечательная книга, какой является Библия, не может вместить Бога полностью и целиком. Владыка Антоний Сурожский однажды сказал, что, по слову одного из Отцов Церкви, все, что мы говорим о Боге в соответствии с Его собственным Откровением и с опытом Церкви, может оказаться предельной истиной для земли, но это не является всецелой истиной для Бога. Это предел нашего человеческого разумения, но это не Божественная сущность, выраженная в слове, потому что Бог всегда больше любых наших слов о Нем, больше всего, что мы можем о Нем сказать, и если уж это верно для Библии, то тем более это верно и для наших размышлений. Все, что я вам говорю, – это скорее попытка сориентировать вас, направить ваши собственные размышления и собственные искания Бога, а никак не исчерпывающее определение того, кто такой Господь есть. «Бога никто никогда не видел» (Ин 1.18; 1-е Ин 4.12), – так говорит Священное Писание, и не может видеть. Кто видел Бога, тот должен умереть: «Человек не может увидеть Меня и остаться в живых» (Исх 33.20), даже такие есть утверждения в Ветхом Завете. Однако же, Господь уже тогда, в ветхозаветную эпоху, давал познавать себя в каких-то образах, и на страницах Библии есть немало рассказов о том, как люди встречались с Богом, как происходили эти удивительные встречи в истории. Мы с вами посмотрим на эти истории, потому что они действительно очень много нам расскажут и о Боге, и о человеке, о тех людях, которые с Ним встречались.

Одним из таких избранников, который говорил с Богом, был Моисей, один из величайших пророков. Его история рассказывается в Книге Исхода, как вы знаете. Моисей был человеком удивительной судьбы. Он родился в те времена, когда еврейский народ подвергался геноциду со стороны египтян, и поэтому Моисей от рождения был обречен, но его мать не смогла младенца отдать на убиение. Она его сохраняла дома столько, сколько это было возможно, а когда она поняла, что больше не может его прятать, то взяла корзиночку, обмазанную асфальтом и смолой (Исх. 2), положила туда Моисея и опустила его в воды реки. Сестра Моисея в это время шла по берегу и смотрела, что происходит с младенцем. Так Моисей оказался у египетской царевны. Дочь фараона именно в тот момент, когда корзинка эта была опущена на воду, оказалась на берегу, и она взяла ребенка себе, но при этом кормилицей Моисея была его родная мать, и он получил таким образом очень интересное воспитание: с одной стороны, он воспитывался как свободный человек и даже как член царской семьи, но с другой стороны, поскольку его кормилицей была его мать, тайна его принадлежности к еврейскому народу была ему открыта, для него это было не секрет. В конце концов, Моисей однажды попал в неприятную историю: он случайно в драке убил человека, и боясь, что это сделается открытым и его накажут, Моисей бежал. В пустыне он женился, он пас там овец тестя своего, Иофора, и однажды Моисей увидел странную и удивительную вещь. Вот как об этом рассказывается в третьей главе Книги Исхода:

«Моисей пас овец у Иофора, тестя своего, священника Мадиамского. Однажды провел он стадо далеко в пустыню и пришел к горе Божией, Хориву. И явился ему Ангел Господень в пламени огня из среды тернового куста. И увидел он, что терновый куст горит огнем, но куст не сгорает. Моисей сказал: пойду и посмотрю на сие великое явление, отчего куст не сгорает. Господь увидел, что он идет смотреть, и воззвал к нему Бог из среды куста, и сказал: Моисей! Моисей! Он сказал: вот я, [Господи]! И сказал Бог: не подходи сюда; сними обувь твою с ног твоих, ибо место, на котором ты стоишь, есть земля святая. И сказал [ему]: Я Бог отца твоего, Бог Авраама, Бог Исаака и Бог Иакова. Моисей закрыл лице свое, потому что боялся воззреть на Бога. И сказал Господь [Моисею]: Я увидел страдание народа Моего в Египте и услышал вопль его от приставников его; Я знаю скорби его и иду избавить его от руки Египтян и вывести его из земли сей [и ввести его] в землю хорошую и пространную, где течет молоко и мед, в землю Хананеев, Хеттеев, Аморреев, Ферезеев, [Гергесеев,] Евеев и Иевусеев. И вот, уже вопль сынов Израилевых дошел до Меня, и Я вижу угнетение, каким угнетают их Египтяне. Итак пойди: Я пошлю тебя к фараону [царю Египетскому]; и выведи из Египта народ Мой, сынов Израилевых. Моисей сказал Богу: кто я, чтобы мне идти к фараону [царю Египетскому] и вывести из Египта сынов Израилевых? И сказал [Бог]: Я буду с тобою, и вот тебе знамение, что Я послал тебя: когда ты выведешь народ [Мой] из Египта, вы совершите служение Богу на этой горе. И сказал Моисей Богу: вот, я приду к сынам Израилевым и скажу им: Бог отцов ваших послал меня к вам. А они скажут мне: как Ему имя? Что сказать мне им? Бог сказал Моисею: Я есмь Сущий. И сказал: так скажи сынам Израилевым: Сущий [Иегова] послал меня к вам» (Исх 3.1-14).

Это рассказ, который содержится в Книге Исхода, и в рассказе этом очень много удивительного. На самом деле, тут есть о чем поговорить и на что посмотреть внимательно. Посмотрите, что является причиной встречи Моисея с Богом? Простое человеческое любопытство. Моисей со своими овечками ходит по пустыне, и вдруг он видит этот чудный куст, который объят пламенем и не сгорает. Он говорит сам себе: «Пойду-ка я посмотрю, что это за чудное явление». Не случайно то, что обыкновенное любопытство, способность удивляться – это и есть основание для встречи с Богом в жизни Моисея. Человек, которому все на этом свете понятно, ничего не интересно, может быть, не имеет никаких шансов стать верующим, потому что ему и так хорошо, он и так сам себе умный. Зачем же ему еще какие-то дополнительные знания и нагрузки интеллектуальные? Моисей как раз был не таков, он имел это удивительное качество – любопытство, способность удивляться, интересоваться чем-то, пойти через пустыню, может быть, даже довольно далеко для того, чтобы взглянуть на что-то интересное.

Он подходит к пылающему кусту и слышит голос Божий. Не случайно Господь является ему именно как огонь. Когда у нас с вами потом пойдет речь о Духе Святом, мы будем говорить, что чаще всего библейское повествование представляет нам Духа Святаго в образах стихий природных. Это ветер, потоки воды или вот такой огонь пылающий, потому что Бог действительно не имеет формы, но имеет силу, не имеет образа, но присутствие Его совершенно очевидно. Так вот, Бог является Моисею как огонь, пылающий огонь, но при этом огонь не повреждает ту материю, которая объята пламенем. Куст терновника горит и не сгорает, он пылает ярко, но при этом остается невредимым. Есть икона Богородичная, которая так и называется Неопалимая Купина в память об этом рассказе, потому что кто иной на белом свете, как Святая Дева, соприкоснулся с Богом так тесно? Она Его во череве своем носила целых девять месяцев, и однако же, она сохранилась, не разрушилась от присутствия Божественного в такой близости немыслимой, хотя мы говорили, что видеть Бога – это означает умереть. Нельзя к Нему приблизиться, а она приблизилась, как никто другой. Неопалимая Купина – это один из образов Богородицы в Ветхом Завете, согласно толкованиям ветхозаветных текстов.

Моисей встречается с Богом в образе этого куста пылающего, и Господь обращается к нему первым, Он зовет его по имени, говорит ему: «Моисей! Моисей!» Моисей отвечает: «Вот я, Господи!» Бог обращается первым, и Он не просто зовет человека: «Человече, подойди ко Мне», – Он называет его по имени. Это момент очень важный в Писаниях пророческих. Например, у Иеремии есть такие слова. Когда Господь призывает пророка Иеремию, Он говорит: «Прежде нежели Я образовал тебя во чреве, Я познал тебя, и прежде нежели ты вышел из утробы, Я освятил тебя» (Иер 1.5). Получается, что Бог ближе к человеку, чем его собственные родители, потому что прежде чем человек соткался во чреве матери своей, Господь уже знал его и назвал его по имени. Имя человеческое имеет очень большое значение. Мы не можем сказать, что имя – это просто знак, который отличает одного человека от другого, просто такой опознавательный сигнал. Напротив, имя указывает на самую глубокую сущность человеческую, на его место, которое он занимает в этом мире, в бытии, на смысл его личности. Оказывается, что познать Бога – это вовсе не означает совершить какое-то усилие интеллектуальное, духовное открытие. Нет, это означает просто открыться Ему, быть познанным Им: Господь первый видит Моисея, обращается к нему, зовет его по имени. Встреча с Богом становится возможна усилием открытости нашей. Не нужно далеко ходить, нужно увидеть то, что есть рядом с нами. Простота, с которой Моисей отвечает Богу, говорит: «Вот я, Господи!», напоминает нам, может быть, праотца Авраама, который тоже когда-то услышал голос Божий и так просто откликнулся на это. Господи ему сказал: «Встань и иди» (Быт 12.1) – он встал и пошел.

С Моисеем, правда, все не так просто, потому что Моисей не хочет вот так сразу отправиться в направлении, которое указывает Господь. Господь ему говорит: «Пойди и выведи народ Мой из Египта». Моисей тогда на это отвечает: «А кто я такой?» Я человек маленький, имеется в виду, почему я должен туда идти? Господь ему говорит: «Не бойся, Я буду с тобой». Казалось бы, что еще нужно человеку? Господь говорит: «Я буду с тобой» – кажется, что уже бояться нечего, но Моисей не останавливается на этом, и он задает следующий вопрос, весьма дерзновенный. Он говорит: «Вот я приду к ним, а они спросят – кто тебя послал, как Ему имя? Что же мне тогда им отвечать?» Вопрос этот для нас, может быть, не заключает в себе ничего особенного, но для людей древней культуры это вопрос очень и очень серьезный. Почему? В свете того, что мы с вами говорили уже об имени только что, понятно, что узнать имя – это означает узнать самое главное, узнать смысл. Если в имени человека заключена его глубинная сущность, то же самое и с именем Божьим. Узнать имя Бога – предельно приблизиться к Нему, и Моисей именно этого и желает, именно это он дерзает узнать. Он говорит: «Скажи мне, кто Ты; скажи мне самое главное о себе – как Твое имя». Бог ему отвечает: «Имя Мое Сущий (Яхве)».

Это слово еврейское, Яхве, происходит от глагола, означающего быть, существовать, а еще точнее – от формы первого лица этого глагола, я есмь, и не случайно то, что именно с бытием, существованием связано это имя Божие. Господь существует – это, может быть, самое главное, что можно сказать о Нем. Он есть, Он первый и последний, Альфа и Омега бытия. В предельной глубине всех вещей, всех явлений мы и находим присутствие Божие, и поэтому, когда Господи говорит Моисею: «Я Сущий (Ягве)», то Он говорит о себе что-то очень важное, тайное и сокровенное. Моисей, правда, даже на этом не остановился: он потом еще просил чудес, говорил: «А, может быть, Аарон пойдет, потому что я человек не речистый», но однако же, пришлось-таки ему этот подвиг веры совершить и вывести свой народ из Египта.

Эта встреча Моисея с Богом вовсе не была единственной, и если вы читали Книгу Исхода, то помните, что сам Господь шествовал перед Своим народом в образе столпа огненного ночью и облачного столпа днем. Все могли видеть его, этот огненный столп, пламенеющий в ночи. Но Моисею довелось еще поговорить с Богом, и другая его встреча была связана с тем, что он получил от Господа десять заповедей, те самые Скрижали Завета, на которых были записаны самые главные нравственные принципы, необходимые для исполнения избранным народом. Когда Моисей встретился с Богом уже во второй раз лицом к лицу, он тогда обратился к Нему с другой просьбой, еще более дерзновенной даже, чем просьба назвать имя. Но, правда, Господь дал для этого Моисею некоторые основания.

«Моисей сказал Господу: вот, Ты говоришь мне: веди народ сей, а не открыл мне, кого пошлешь со мною, хотя Ты сказал: Я знаю тебя по имени, и ты приобрел благоволение в очах Моих; итак, если я приобрел благоволение в очах Твоих, то молю: открой мне путь Твой, дабы я познал Тебя, чтобы приобрести благоволение в очах Твоих; и помысли, что сии люди Твой народ. [Господь] сказал [ему]: Сам Я пойду [пред тобою] и введу тебя в покой. [Моисей] сказал Ему: если не пойдешь Ты Сам [с нами], то и не выводи нас отсюда, ибо по чему узнать, что я и народ Твой обрели благоволение в очах Твоих? не по тому ли, когда Ты пойдешь с нами? тогда я и народ Твой будем славнее всякого народа на земле. И сказал Господь Моисею: и то, о чем ты говорил, Я сделаю, потому что ты приобрел благоволение в очах Моих, и Я знаю тебя по имени. [Моисей] сказал: покажи мне славу Твою. И сказал [Господь Моисею]: Я проведу пред тобою всю славу Мою и провозглашу имя Иеговы пред тобою, и кого помиловать – помилую, кого пожалеть – пожалею. И потом сказал Он: лица Моего не можно тебе увидеть, потому что человек не может увидеть Меня и остаться в живых. И сказал Господь: вот место у Меня, стань на этой скале; когда же будет проходить слава Моя, Я поставлю тебя в расселине скалы и покрою тебя рукою Моею, доколе не пройду; и когда сниму руку Мою, ты увидишь Меня сзади, а лице Мое не будет видимо [тебе]» (Исх 33.12-23).

Этот рассказ из Книги Исхода загадочный. Откуда у Бога лицо, спина, рука? Мы только что говорили о том, что невозможно помыслить Бога в формах человеческих, антропоморфно – а вот говорит же священнописатель эти самые слова: и лицо, и спина (задняя Моя, как по-старославянски писано в Книге Исхода). О чем здесь речь? Речь идет о том, видимо, что когда человек встречается с Богом, то он переживает встречу с совершенно запредельной реальностью, которая никак не поддается описанию человеческими словами. Это опыт, который существует, но сообщить его очень трудно, просто нет для него подходящих слов в нашем языке, и когда священнописатель вступает на путь передачи своего опыта богообщения, то он вынужден пользоваться какими-то символическими обозначениями. Поэтому иногда в библейских рассказах появляются и очи, и руки, и лицо, и спина Божия, Адам слышит шаги Господа в раю во время прохлады дня. Все это связано именно с тем, что непосильно человеческому языку передать сложную реальность богообщения, и возникают тогда обращения к символам.

Вот что здесь еще замечательно. Моисей обращается к Богу с просьбой весьма дерзкой: «Я хочу Тебя увидеть, покажи мне славу Твою», и Господь отвечает на молитву Моисея даже при такой ее дерзости, запредельной почти. Между Богом и человеком существует действительно непроходимая пропасть: «Человек не может увидеть Меня и остаться в живых» (Исх 33.20), – говорит Господь, однако же по милости Божьей, по Его благосклонности, благоволению к Моисею даже это делается возможным. Он закрывает его рукой своею, и Моисей видит Славу Божию. После этого,

«Когда сходил Моисей с горы Синая, и две скрижали откровения были в руке у Моисея при сошествии его с горы, то Моисей не знал, что лице его стало сиять лучами оттого, что Бог говорил с ним. И увидел Моисея Аарон и все сыны Израилевы, и вот, лице его сияет, и боялись подойти к нему. И призвал их Моисей, и пришли к нему Аарон и все начальники общества, и разговаривал Моисей с ними (Исх 34 29-31).

Сияние Божественной Славы отразилось на лице Моисея. Моисей увидел Бога, Отца Светов, и поэтому печать света Божественного, Славы Божественной сохранялась какое-то время на его лице. От него действительно исходило нестерпимое сияние, и не могли на него смотреть люди. Когда через много веков Господь Иисус Христос преобразился на горе Фаворской, то ученики Его тоже увидели свет. О свете Преображенском потом будет речь у нас с вами, а пока вот что для нас важно: встреча с Богом позволяет и самому человеку просветиться, отраженным сиянием засиять. Множество есть рассказов про святых, которые излучали такой божественный свет. В нашей русской традиции, может быть, самая знаменитая история – это рассказ о Серафиме Саровском. Когда однажды человек по имени Мотовилов попросил его показать ему, что же такое Дух Святой, тогда батюшка преобразился на глазах его и просиял. Мотовилов рассказывает, что ему было необыкновенно тепло, хорошо, уютно, в этот серенький зимний денек он пережил омытость этим Божественным светом.

Другой персонаж библейский, который встречается с Богом, и встреча эта тоже очень важна, по-другому, правда, – это пророк Илия. О нем я не буду так много говорить, как про Моисея, однако напомню вам эту историю. Пророк Илия жил во времена израильского царя Ахава, а этот самый Ахав женился на Иезавели. Иезавель была язычницей, это была сидонская царевна, и она привезла с собой культ Ваала, ложного бога, и не просто ложного, а достаточно жестокого и кровожадного, потому что культ Ваала требовал человеческих жертвоприношений. Жена Ахава, царица Иезавель поклонялась Ваалу.

«И сказал Илия [пророк], Фесвитянин, из жителей Галаадских, Ахаву: жив Господь Бог Израилев, пред Которым я стою! в сии годы не будет ни росы, ни дождя, разве только по моему слову (3Цар. 17).

Этим Илия вызвал гнев царя и царицы. Он вынужден был удалиться из страны, и вот Господь ведет его в пещеру, которая находится на берегу потока, вороны туда приносят пищу Илии. А в царстве Ахава тем временем начинается голод. Царь однажды ищет пастбище и встречает пророка Илию, и тогда Илия предлагает состязание между ним одним и жрецами Ваала, которых было четыреста пятьдесят. Очень красиво в третьей Книге Царств описывается этот поединок священный, когда предлагается низвести огонь с неба и возжечь гору дров. При этом жрецы Вааловы, как они там ни камлали, ни стремились что-то сделать, у них ничего не вышло, хотя их было четыреста пятьдесят человек. Илия же был настолько уверен в своей победе, что он даже предложил облить эту гору дров водою, и ему по его молитве удалось возжечь огонь. Это было очень ярким свидетельством, жрецы Вааловы были посрамлены, и по молитвам Илии Господь ниспослал большой дождь, то есть бедствия в этой стране закончились одновременно с засильем чуждых и жестоких культов языческих. Так вот после того, как все завершилось благополучно, Илия удалился на ту же самую гору Хорив и ночевал там в пещере. И сказал Господь Илии:

«Выйди и стань на горе пред лицем Господним, и вот, Господь пройдет, и большой и сильный ветер, раздирающий горы и сокрушающий скалы пред Господом, но не в ветре Господь; после ветра землетрясение, но не в землетрясении Господь; после землетрясения огонь, но не в огне Господь; после огня веяние тихого ветра, [и там Господь]» (3 Цар 19.11-12).

Эти слова веяние тихого ветра по-старославянски еще краше звучат, так сказано, в старославянской Библии: глас хлада тонка. Так вот, Господь не в мощных этих явлениях, не в землетрясении, шквальном ветре, Он – в веянии тонкого холода. Мы очень часто встречаем в людях и в самих себе, конечно, тоже, жажду чуда и силы. Нам хочется поклоняться силе какой-то: увидеть шторм, землетрясение – и это будет для нас убедительно. Но Господь не идет навстречу этим желаниям, Он говорит, что не в ветре Господь и не в землетрясении, а вот в этом самом веянии тихого ветра. Поэтичное выражение, на самом деле красивое: веяние из каких-то иных прекрасных миров, может быть, с райских берегов, где Господь ходил во время прохлады дня. И что еще в этом рассказе о пророке Илии важно, так это то, что Господь всегда разный. Только что по молитве Илии было совершено такое мощное, красивое чудо. Казалось бы, Илия должен был убедиться и укрепиться в своем убеждении, что Господь – это действительно сила, власть, мощь, но Господь опровергает эту его внутреннюю убежденность, Он говорит, что нет, Он не в силе, а как раз в тишине, в тонком холоде. Поэтому если мы хотим Богообщения в своей жизни, то это требует от нас внимания. Невозможно выучить что-то про Бога и всегда выученным руководствоваться. Господь имеет полное право не соответствовать никаким нашим знаниям и ожиданиям: Он всегда разный, всегда другой, и для человека очень важна открытость, способность увидеть Бога не там, где мы хотели бы, а там, где Он сам захотел с нами встретиться в сегодняшний день нашей жизни. На этом мы сейчас с вами закончим, а в следующий раз продолжим тему Единого Бога: кто Он и что мы о Нем узнаем из Священного Писания и из Предания Церкви.

http://azbyka.ru

Просмотров (288)

Перейти к верхней панели